Чтобы поражение стало опытом и служило мне

Статья проиллюстрирована картинами художника Владимира Румянцева

У каждого в жизни случаются неприятности и тяжелые периоды. Как выйти из испытания более сильным, чем вошел в него? И что делать, если исчезает уверенность в себе? – Ищем ответ вместе с психологом иереем Сергием Торнаги.

 

- Что делать, если после неудачи нет сил, чтобы идти дальше?

- Для начала, надо определить, какова была причина потери моральных сил. Провал мог произойти и независимо от человека, как в поговорке: «Если заяц попал на полигон, это не значит, что все происходящее касается его непосредственно». Надо понять, что есть исторический процесс, в который мы все попадаем. Но почему мы потеряли силы? Причиной психоэмоционального выгорания может быть проигрывание нами неосознанного сценария потери смыслов, упадка самооценки. Многие «заразились» этим сценарием в процессе жизни, многократно поучаствовав в нем, и входят в него при первой же неудаче. Изменив отношение к сценарию, мы получим силы идти вперед.

 

- Как сломать сценарий?

- Для начала, его надо высветить – осознать. С осознанием приходит и понимание методов борьбы. Как в психологическом анекдоте: «Моя мама знает, на какие рычаги нажимать в моей психике, ведь она их устанавливала». Конечно, дело может быть и не в маме. Мы могли получить те или иные травмы в школе, еще где-то. Могли попасть в целый ряд одинаковых ситуаций, которые сформировали сценарий. Или, например, родители развелись, может быть даже со скандалом. Ребенок еще ничего не осознает, но он в  раннем возрасте чувствует себя центром мира, поэтому ему кажется, что все произошло из-за него. А значит, он недостоин любви, достоин наказания. И повзрослев, он постоянно сам себе вредит, не позволяя себе получить плоды своих трудов, но не понимает, почему это происходит, и  унывает. И еще может быть множество причин формирования деструктивных сценариев. В результате мы бегаем по кругу, как белка в колесе: вход в сценарий – и выход из него в уныние. Важно найти, где это место входа. Для этого нужен специалист.

 

- А сам человек не может осознать свои сценарии?

- Мы не можем одновременно размышлять и думать о том, как мы размышляем. Но мы можем говорить и думать о том, что мы говорим. И можем еще усилить эффект: говорить, думать о том, что мы говорим, и как это выглядит со стороны. А если наш собеседник – специалист, который способен помочь нам, - это совсем хорошо. Потому что, например, друзья, желая оказать помощь, обычно говорят: «Да, да, ты прав, они все паразиты, ты один молодец». Это непродуктивная позиция, она не помогает, скорее способствует закреплению неправильных чувств. А специалист задает вопросы, которые помогают высветить проблему, и человеку становится легче. Поэтому для того, чтобы понять, каков деструктивный сценарий именно у вас, надо проработать это с психологом. Это происходит в течении нескольких встреч. Проговорить, потом прорабатывать это в жизни. Затем еще сессия общения, снова осмысление и реализация... Конечно, психолога надо искать осторожно. Но у нас есть настоящие специалисты – например, Авдеев, он православный христианин, я не раз отправлял к нему людей.

 

- Куда человек выходит из уныния, следующего за сценарием «неудачник», если ситуация не прорабатывается осознанно?

- Его либо выталкивает из этого состояния, либо он впадает в социопатию, социофобию, зачастую – в компьютерную зависимость и теряет связь с реальностью. Жизнь превращается в унылое прозябание. А всё потому, что его часто обзывали, унижали, давали понять, что он ни на что не способен. К сожалению, в школах и детских домах наряду с настоящими педагогами есть люди, которые не нашли себя в жизни и пришли к детям для того, чтобы самоутверждаться за их счет. Ведь дети относительно беззащитны психологически. И если человек, особенно юный, попал в ситуацию, где на любую его оплошность был окрик, утверждение его никчемности, его психика страдает. И ошибки, и достижения есть у всех. Но когда нам хорошо, мы вспоминаем все положительные явления в своей жизни. А когда плохо – почему-то вспоминается, что плохого было раньше. Важно как можно скорее выйти из этого сценария. Когда человек насобирает в уме цепочку своих неудач, жизнь представляется ему кошмаром. И он начинает представлять будущее в том же свете. Конечно, в жизни есть и хорошее, и плохое. Но при неконтролируемом мышлении получается вот так.

 

- Но деструктивный сценарий это только одна из причин упадка душевных сил?

- Да. Есть еще множество предпосылок к выгоранию. Например, иллюзорное восприятие мира, ситуации, профессии. В психологии управления, в том числе и управления своими чувствами, очень важны два понятия: информация и коммуникация. Возможно, мы ошиблись: в коммуникациях – неважно, межличностные это коммуникации или электронные, транспортные, коммуникации с ресурсами, или в информации – о предмете, с которым человек имеет дело, об окружающих людях. Это приводит к непродуктивным действиям. Надо не унывать, а просчитать: где я ошибся? Как мне выйти из этой ситуации, чтобы мое поражение стало опытом и служило мне в будущем? Если мы так относимся к неудаче, а не застреваем в мысли о том, как мы несчастны, у нас хорошее будущее. Как только человек нащупает эту технологию, у него поражений будет все меньше. Он будет уходить от них, или побеждать, или приобретать дополнительные ресурсы для победы.

 

- Каким образом?

- Например, объединяясь с другими людьми. Получается своего рода синергия, когда оба получают больше, чем получили бы по одному. Такое бывает у певцов, когда они объединяются в дуэты. Бренд каждого начинает работать на обоих. Важно только не испытывать иллюзий относительно людей, не думать, что мы теперь братья навеки, не разлей вода. Надо понимать: мы собрались, чтобы решить конкретную задачу. Это не значит, что все задачи мы будем решать именно с этими людьми. У жителей мегаполиса есть такая особенность – они обращаются за помощью в решении своих задач к первому встречному. Может он помочь, не может – «я тебя вижу, значит, ты должен мне помочь!» Это тоже ошибка, которая приводит к разочарованию.

 

- Неудачи призваны сделать нас сильнее?

- Да. Третье явление, которое может стать причиной потери душевно-эмоциональных сил – это ломка, происходящая в процессе духовно-интеллектуального роста. Когда все, чем до этого жил человек, оказалось иллюзией, по святым отцам – прелестью. Теперь ему необходимо сконструировать максимально приближенные к реальности понятия, и жить уже ими. Это болезнь роста, которую надо правильно воспринять и пережить. Как у подростков: были детьми, а потом начинается «пора надежд и чувствий нежных», и непонятно, что с собой делать, что за перепады чувств, настроений, почему родители казались божествами, а теперь они видятся просто глупыми людьми, – хотя это тоже иллюзия.

 

- Процесс взросления происходит и в физиологически взрослом состоянии?

- Многие люди доживают до старости, психологически оставаясь детьми. Так и видишь: этому 15 лет, этому 8... Это известная проблема, что люди застревают в неком возрасте. Трудно сказать, повезло им или нет – у них не было некой встряски, которая заставила бы их вырасти. И вдруг эта встряска происходит, как в фильме «Игры разума», когда персонаж узнает, что нескольких людей, с которыми он общался, просто не существует. И это кардинально меняет его жизнь. Он должен выстроить ее заново. Это тяжело, но радостно и перспективно. Человек мыслит уже иными категориями, более реальными, в его жизни становится меньше холостых ходов. Конечно, тут есть одна особенность: ты уже не можешь быть на одной волне с людьми, которые по-прежнему младенчествуют. Но надо научиться с ними коммуницировать – как с детьми, обращаясь к их чувствам, к доступным им понятиям.

 

- Как при этом не начать относиться к окружающим свысока?

- Следует понимать, что в чем-то мы повзрослели, а в чем-то и сами еще младенчествуем. Что инструменты нашего восприятия мира настолько ограничены, что мы не знаем до конца, где мы в иллюзии, а где смотрим на жизнь более-менее ясно. Это приводит нас к большей духовно-психологической стабильности, иначе говоря – смирению. Мы уже не задираемся, а реализуем то, что с нами произошло, направляем его в мирное русло. Конечно, это можно направить и на самоуничтожение. Обрушение жизненных реалий можно сравнить с лентой Мёбельса. Можно скрепить бумажную ленту по кругу – и человек сможет двигаться либо по внутренней ее части, либо по внешней. А можно разорвать этот круг и скрепить так, чтобы человек двигался сначала по внутреннему кругу, а затем переходил на внешний. Так же и в духовной жизни. Когда обрушение иллюзий используется правильно, человек начинает конструктивно мыслить и духовно, и житейски. Он уже не кружится только в земном и не пытается оставаться лишь в духовном, что в принципе почти невозможно.

 

- Как выйти во взрослое состояние после ломки иллюзорного восприятия?

- Надо принять эту пустоту, это чувство вакуума. Задать себе вопрос: «На что я могу опереться? Что из того, чем я жил, твердо?» Чаще всего это вера, Господь. Затем следует начинать конструировать свою жизнь самостоятельно. Потому что когда у человека произошло обрушение, он понимает, как именно это случилось. Есть некие признаки. И эти признаки становятся некой лакмусовой бумажкой, с помощью которой он проверяет новые понятия, входящие в его жизнь, – выстоят они или обрушаться. Конечно, для этого нужно некоторое время и мужество. Но Господь к этому нас и призывает – работать над собой, трезвиться и сопоставлять свою жизнь с Писанием.

 

- Встречаются ситуации, когда человек, воцерковленный много лет, иногда даже священник, теряет веру, и заявляет, что это стало следствием «перерастания» им Православия. Обычно это сопровождается критикой несовершенств Церкви как организации, состоящей из людей. Как отличить: где человек действительно теряет иллюзии и растет, а где выплескивает с водой младенца?

- Да, некоторые уходят из Церкви и даже испытывают некое облегчение при этом. Но негативные реалии церковной жизни имеют отношение к психологическим особенностям падшего человека, а не к истинности веры и не к процессу спасения. Если мы смешиваем одно с другим – то с грязной водой выплескиваем младенца. Вера потеряна, а что дальше? Чем жить? Родились – зарегистрировались, женились – зарегистрировались, умерли – и это тоже попало в регистрационные книги. Пришли в мир только ради регистрации? Выходить на псевдоинтеллектуальное скотское существование, направленное лишь на удовлетворение плотских потребностей? – У человека должна быть здоровая рефлексия, когда он проверяет себя. А если ему кажется, что он уже все знает, то он находится в опасности. Трудно сказать, вырос ли человек. Есть такая поговорка: «Власть и деньги не портят людей, а показывают их истинное лицо». А уж как это потом рационализируется, логически объясняется... Например, Церковь стала для человека социальным лифтом: был никем – стал священником, все к нему с уважением относятся, появились средства на жизнь. Первичные потребности удовлетворены: кров, пища, уверенность в завтрашнем дне, уважение, - актуализировались другие. Но человек ни до чего не дорастал – просто плыл по течению, и так его вынесло. Был момент, когда вера была в моде – и многие пришли в Православие, некоторые даже стали священниками, но не приняли его глубоко. И сейчас, когда со всех сторон звучит, что Церковь плохая, попы плохие, – а хочется же быть на гребне успеха, эти люди неосознанно стремятся куда-то перекочевать. Конечно, священник может работать кем-то еще, не отдаляясь от веры и Церкви.

 

- Переживая непростое время, некоторые люди начинают отрицать проблемы, демонстрируют окружающим «розовые очки», дают понять, что некомильфо быть «не позитивными». От этого возникает ощущение патоки...

- Это тоже вопрос взросления. У человека, который воцерковился давно, более глубокие запросы. А тот, кто недавно пришел к вере, решает более мелкие задачи, например, как улучшить свое состояние здесь и сейчас. Он говорит «на все воля Божия», «слава Богу за все», и это ему кажется последним откровением, верхом духовности. Это хорошие инструменты, но могут быть и более глубокие вопросы. Надо проявлять снисхождение к этому детскому восприятию. Почему люди ценят восточные религии? – Потому что суть этих учений можно поместить в одну брошюрку. Каждый их великий гуру, каждое божество не дотягивает до одного нашего святого отца. А в Православии каждая книга это огромная глубина. Людей тянет к чему-то простому. А бывает и такое: человек видит, что другой находится в упадке, и удовлетворяет за его счет потребность подоминировать: начинает поучать его, мол, радуйся, не смей раскисать!

 

- А если человек действительно все время «плачется в жилетку»?

- Тут важно различать. Если человеку необходима наша помощь – Господь заповедал быть милостивыми и утешать плачущих. А если перед нами просто нытик, у которого потребность постоянно испытывать некие психофизические переживания, жалуясь на жизнь, можно поставить этому барьер. Чтобы отличить одно от другого, есть хорошая технология: в ответ на жалобы можно поделиться своими трудностями, печалями. Если человек сразу отмахнется и потеряет интерес к общению – его направленность ясна. А если начнет сочувствовать – значит у него действительно тонкое восприятие, он сам раним, но и другим способен сопереживать.

 

- Подлинное сострадание – явление довольно редкое.

- К сожалению, либерально-западническое воспитание современной молодежи направлено на то, чтобы лишить человека сочувствия другим. Такие люди неозлобленно жестоки. Им не важно, что испытывает другой. Это сродни тому, как древние язычники истязали христиан. Они получали облегчение в мучениях окружающих, но не испытывали удовольствия, равного страданиям жертвы, и поэтому мучили все сильнее. Христианская вера была для них лишь поводом, чтобы реализовать эту потребность. И в наше время люди бесноватые могут притеснять христиан, иногда не осознавая, почему. Их просто раздражает, что кто-то живет иными ценностями: добром, мудростью, любовью, – и начинают мучить человека доступными им способами.

 

Беседовала Алина Сергейчук